Ромов Анатолий Сергеевич - читать и скачать бесплатные электронные книги 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Хорнунг Эрнест Уильям

Раффлс - 2. Кто смеется последним


 

Тут выложена бесплатная электронная книга Раффлс - 2. Кто смеется последним автора, которого зовут Хорнунг Эрнест Уильям. В электроннной библиотеке adamobydell.com можно скачать бесплатно книгу Раффлс - 2. Кто смеется последним в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или читать онлайн книгу Хорнунг Эрнест Уильям - Раффлс - 2. Кто смеется последним без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Раффлс - 2. Кто смеется последним = 16.6 KB

Хорнунг Эрнест Уильям - Раффлс - 2. Кто смеется последним => скачать бесплатно электронную книгу



Раффлс - 2

Как я уже отмечал, наши самые занимательные с чисто криминальной точки зрения похождения менее всего отвечают скромным целям моих записок. Какой-нибудь виртуоз лома и отмычки с неподдельным интересом прочел бы их в специализированном журнале (если бы таковой издавался), но как свидетельство непревзойденных, хотя и нешумных успехов они могли показаться и чересчур приземленными, и чересчур запутанными, а подчас и вовсе недостойными и даже опасными. Два последних эпитета наряду с другими, еще более резкими, не раз выходили из-под послушного пера благонамеренных писак и адресовались не столько Раффлсу и его деяниям, сколько их летописцу. Согласиться с подобными ханжескими высказываниями я, разумеется, не могу. Горячо отвергая их в целом, я настаиваю, что сочинения мои — красноречивое предупреждение миру. Раффлс был гением, не получившим признания! Он обладал находчивостью, фантазией, несравненной смелостью и беспримерной выдержкой. Он был стратегом и тактиком, и уж нам-то хорошо известна разница между тем и другим. И такой человек месяцами прятался, как заяц в норе, ни днем, ни ночью не мог показаться на улице, даже переодетым, под угрозой и этот наряд сменить на погребальные одежды. Успех слишком часто оборачивался для нас неприятностями. Как тут было не вспомнить веселые, беззаботные развлечения на крикетной площадке и noctes ambrosiana, проведенные в Олбани!
Теперь же к постоянной угрозе быть узнанными прибавилась новая, о которой я не подозревал. Шарманщики-неаполитанцы давно перестали меня волновать, хотя из-за них история Раффлса лишилась страниц, посвященных загадочным событиям в Италии. Но он их не вспоминал, и я выкинул из головы его абсурдные идеи о связи шарманщиков с каморрой и о слежке за ним. Как говорится, с глаз долой, из сердца вон. И вот однажды осенним вечером — боже меня упаси попусту нагонять страх на доверчивых читателей, — однажды осенним вечером мы присмотрели особняк на Пэлис-Гарденс, но, когда приблизились к нему, Раффлс не остановился. Улица была пустынна, окна темны. Тем не менее Раффлс взял меня под руку, и без единого слова мы двинулись дальше. Дойдя до Ноттинг-Хилла, быстро свернули налево, еще быстрей миновали Сильвер-стрит, покружили по боковым улицам и, промчавшись по Хай-стрит, вдруг оказались у собственного дома.
— А теперь наденьте пижаму, — войдя в квартиру, произнес Раффлс таким строгим тоном, словно речь шла о чем-то важном. Вечер был не по-сентябрьски теплым, и я не стал возражать, хотя, послушно переодевшись и вернувшись в комнату, обнаружил, что мой деспотичный друг еще не снял ни ботинок, ни шляпы. Свет он тоже не включал и, стоя у окна, смотрел через шторы на улицу. Он позволил мне зажечь газ и взял сигарету, не притронувшись к спиртному.
— Вам налить? — спросил я.
— Нет, спасибо.
— Что случилось?
— За нами следили.
— Не может быть!
— Вы хотите сказать, что вы не видели.
— Не понимаю, как вы смогли увидеть, не оборачиваясь.
— Я даже сквозь стены вижу, Кролик.
Я взял бокал и наполнил его с большей щедростью, чем собирался.
— Так вот почему…
— Именно поэтому, — кивнул Раффлс, он был серьезен, и я отставил полный бокал.
— Значит, они шли за нами!
— Начиная от Пэлис-Гарденс.
— Может быть, они отстали на подъеме?
— Может быть, но сейчас один стоит внизу на улице.
Он не шутил, напротив, был очень мрачен. И до сих пор не переоделся, по-видимому считая это ненужным.
— Сыщики в штатском? — со вздохом проговорил я, развивая мысль о переодевании и вспоминая отвратительные полосы, украшавшие меня в неглубоком прошлом. На этот раз я получу вдвойне. В воздухе запахло тюремной баландой… но тут я поймал взгляд Раффлса.
— Кто говорит о полиции, Кролик? Это итальянцы. Они охотятся за моей головой, на вашей они и волоса не тронут, а уж стричь вас наголо им и вовсе ни к чему. Так что пейте и не беспокойтесь обо мне. Я расправлюсь с ними раньше, чем они до меня доберутся.
— Можете рассчитывать на мою помощь!
— Нет, старина, в этом деле я хочу рассчитывать только на себя. Я готовлюсь к нему несколько недель. Первые смутные подозрения возникли, когда снова появились шарманщики-неаполитанцы, а те двое исчезли, выполнив свою задачу. Узнаю каморру, это ее методы. Граф, о котором я рассказывал, занимает в ней, судя по его апломбу, не последнее место. Между ним и шарманщиками длинный ряд промежуточных звеньев. Не удивлюсь, если каждый нищий неаполитанский мороженщик в Лондоне нанят им для слежки. Каморра всесильна! Помните надменного иностранца, позвонившего к нам в дверь вскоре после тех событий? Вы сказали, что у него бархатные глаза.
— Я не думал, что он связан с шарманщиками.
— Конечно, Кролик, иначе вы не пригрозили бы спустить его с лестницы, навлекая на нас новые подозрения. Но дело было сделано, и объяснять его не имело смысла. Зато первое, что я услышал, выглянув затем на улицу, был щелчок фотоаппарата, а первое, что увидел, — бархатные глаза вашего настырного знакомого. Потом — несколько недель назад — все как будто затихло. Они послали мой портрет в Италию для опознания графу Корбуччи.
— Но это только предположения, — воскликнул я. — Вы ничего не знаете наверняка.
— Не знаю, — согласился Раффлс, — но уверен, что прав. Наш ретивый преследователь торчит на углу у почтового ящика. Посмотрите из моей комнаты — там темно — и скажите, что вы о нем думаете.
Незнакомец стоял слишком далеко, не могу поклясться, что узнал его в лицо, но покрой пальто был определенно не английским; башмаки ярко желтели в ровном свете уличного фонаря и не скрипели, когда он поворачивался. Приглядевшись внимательней, я сразу вспомнил и нелепый желтый цвет, и толстую подошву, и низкие каблуки — именно такие башмаки были на подозрительном, кофейно-смуглом, волооком иностранце, которого я принял за отъявленного мошенника и прогнал от двери. Я не слышал шагов на лестнице, только звонок и, отперев, с сомнением посмотрел на его ботинки — не на каучуковой ли они подошве?
— Это он, — вернувшись к Раффлсу, сообщил я и описал приметные ботинки.
Раффлс остался доволен.
— Неплохо, Кролик, — сказал он, — вы делаете успехи. Теперь я хотел бы узнать, прислали его специально или он находится здесь давно. Вы правильно заметили: ботинки необычные и сшиты, конечно, в Италии, следовательно, человек этот приехал по особому заданию. Но гадать бессмысленно. Надо самому во всем разобраться.
— Как?
— Он не будет стоять здесь всю ночь.
— И что с того?
— Когда ему надоест за мной следить, я отплачу той же монетой и прослежу за ним.
— Я пойду с вами, — заявил я.
— Посмотрим, — ответил Раффлс, поднимаясь. — Посмотрим. Выключите газ, Кролик, мне нужно на него взглянуть. Спасибо. Так, минутку… ну вот! Ему уже надоело, он уходит — пора и мне!
Я кинулся к наружной двери и загородил ему дорогу.
— Нет, одного я вас не отпущу.
— Вы не можете идти в пижаме.
— Теперь понятно, зачем вы заставили меня переодеться!
— Кролик, отойдите, не то будет хуже. Дело касается только меня и никого больше. Обещаю, что вернусь через час.
— Обещаете?
— Клянусь.
Я сдался. Что мне оставалось делать? Раффлс вел себя загадочно, но я привык к его загадкам, да и не мог же я с ним драться. Пожав плечами и пожелав удачи, я пропустил его, а потом бросился к нему в комнату, чтобы посмотреть вслед из окна.
Дойдя до конца нашей улочки, иностранец в диковинных ботинках и пальто остановился, словно в нерешительности, и Раффлс успел заметить, куда он свернул. Легким шагом он двинулся за итальянцем, а я наблюдал за его беспечной, проворной походкой и гадал, почему до сих пор никто не узнал его по этой характерной примете. Раффлс почти добрался до угла тихой, пустынной улицы, когда я прервал свои наблюдения, осознав, что он на ней не один. С противоположной стороны приближался второй пешеход: грузный мужчина в тяжелом, не по погоде пальто с каракулевым воротником и черной широкополой шляпе, не позволявшей мне сверху заглянуть в его лицо. По мелким, шаркающим шагам я понял, что он далеко не молод и чрезмерно упитан. Неожиданно шаги затихли под самым окном. Я мог бы швырнуть камешек в выемку на черной фетровой шляпе. Потом Раффлс не оглядываясь повернул за угол, а толстяк поднял к небу руки и запрокинул лицо. Лица я не увидел: его заслоняли огромные белоснежные усы, похожие на чайку в полете, как заметил однажды Раффлс, ибо я сразу определил, что передо мной его заклятый враг граф Корбуччи.
Я не стал задерживаться, чтобы оценить достоинства метода, при котором главный загонщик крадется сзади, а помощник, словно охотничий пес, заманивает дичь. Предоставив графу еще быстрей семенить вперед, я начал торопливо, как на пожар, натягивать что попало. Если граф решил следовать за Раффлсом, то я не премину последовать за ним и замкну полуночную процессию. Но улица была пустынна, не нашел я его и на Эрлз-Корт-роуд, такой же пустынной, если не считать вечного нашего недруга, застывшего, как восковая фигура, перетянутая поблескивающим поясом.
— Простите, сержант, — задыхаясь, выговорил я, — вы не видели пожилого джентльмена с большими седыми усами?
Моя любезность пропала даром: юнец в форме рядового полиции еще подозрительней уставился на меня.
— В кебе уехал, — буркнул он наконец.
В кебе! Значит, он не следит за ними — я не знал, что и думать. Но беседу надлежало закончить.
— Это мой приятель, — объяснил я, — мне нужно его догнать. Вы не знаете, какой адрес он дал кебмену?
Выслушав грубое, лаконичное «нет», я удалился, утешая себя мыслью, что в ближайшем дружеском матче у черного входа — револьверы против дубинок — я недолго буду выбирать противника из рядов лондонской полиции.
Теперь, когда я упустил графа, оставалась сравнительно легкая задача — найти двух пешеходов, и я бросился наперерез первому встречному кебу. Я хотел рассказать Раффлсу, кого увидел из окна; Эрлз-Корт-роуд — улица длинная, а свернул он на нее совсем недавно. Я проехал эту приятную во всех отношениях улицу до конца, прочесывая тротуары взглядом, как гребнем, но ни разу не зацепился за Раффлса. Потом обшарил Фулем-роуд с востока на запад и с запада на восток и, наконец, махнув на все рукой, повернул к дому. Глубину своей беспечности я понял, лишь расплатившись с кучером и поднявшись по лестнице. Раффлсу, конечно, и в голову бы не пришло подъезжать к дверям в экипаже, но все-таки я надеялся застать его наверху. Он сказал, что вернется через час. Я неожиданно вспомнил об этом. Час давно прошел. Но квартира была по-прежнему пуста; тусклый огонек, замеченный на углу из кеба и обнадеживший меня, оказался светом лампы, забытой в тихом коридоре.
Что я пережил этой ночью — не берусь описать. Большую ее часть я провел на подоконнике, весь обратившись в слух; я раскидывал сети, я ловил приглушенные шаги и еле различимые колокольчики кебов и, вытянув очередного случайного прохожего, бросал его на полдороге. Затем подходил к двери и слушал, не раздастся ли шум на наружной лестнице, по которой он мог вернуться. Шум раздался, когда совсем рассвело. Я распахнул дверь; молочник, стоявший за ней, побелел от испуга, будто я окунул его в бидон с молоком.
— Вы опоздали, — рявкнул я, хватаясь за первое оправдание.
— Простите, — с достоинством возразил он, — сегодня я на полчаса раньше обычного.
— Тогда простите и вы меня, — сказал я, — мистер Метьюрин всю ночь не сомкнул глаз. Я хотел напоить его чаем, а молока все нет и нет.
Моя выдумка (к сожалению, подходящая для мистера Раффлса так же, как для мистера Метьюрина) вернула мне не только прощение, но и дружеское расположение, которое у разносчиков всегда наготове вместе с другим товаром. Перед уходом добрый малый заметил, что у меня измученный вид, преисполнив меня гордости за невольно открывшийся талант сочинять небылицы. Правда, здравый смысл подсказывал, что благодарить надо не талант, а привычку, и я не удержался от вздоха, поняв, как глубока моя зависимость от учителя и как скудны сведения о его теперешней судьбе. Но ложь была наказана очень быстро, ибо не прошло и часа, как раздались два настойчивых звонка и появился доктор Теобальд в рыжем егерском костюме с поднятым до рыжего подбородка воротником, прикрывающим пижаму.
— Я слышал, вы провели неспокойную ночь, — сказал он.
— Он не прилег ни на минуту и мне не дал задремать, — прошептал я, придерживая дверь и заслоняя ему дорогу. — Но сейчас спит сном праведника.
— Я должен его осмотреть.
— Он строго-настрого запретил вас пускать.
— Но я его врач и…
— Вы ведь знаете, он просыпается от малейшего шороха, — пожав плечами, ответил я. — Если вы будете настаивать, то непременно его разбудите, и тогда, можете мне поверить, вам несдобровать!
Из-под огненных усов донеслось тихое проклятие.
— Я навещу его попозже, — проворчал он.
— А я подвяжу колокольчик, — ответил я, — звон мешает ему спать так же, как шаги и разговоры.
И я захлопнул дверь у него под носом. Да, Раффлс не ошибся: я делал успехи. Но какой прок от моих успехов, если его постигла неудача? А в этом я уже не сомневался. Посвистывая и оставляя под дверями газеты, прошел мальчик-разносчик; время близилось к восьми; на столе стояло нетронутое с полуночи виски. Если Раффлс попал в беду, я никогда в жизни не прикоснусь к бутылке — или не смогу с ней расстаться.
А пока, не помышляя о завтраке, забыв о пижаме и потемневших за эту бурную ночь щеках и подбородке, я в невыразимом отчаянии слонялся по квартире. Долго ли это протянется? — вертелся в голове вопрос. Его сменил другой: долго ли протяну я?
На самом деле в ожидании прошло лишь утро, но время для меня словно остановилось и каждый час казался арктической ночью. Однако не позже чем в двенадцатом часу я снова услышал колокольчик, который все-таки забыл подвязать. Я сразу понял, что это не доктор, но и не вернувшийся скиталец. Наш пневматический звонок позволял определить, легко или с силой на него нажимали. Сейчас его касалась неуверенная и робкая рука.
Обладателя ее я видел впервые. Он был молод, оборван и лишен одного глаза, зато другой пылал лихорадочным возбуждением.

Хорнунг Эрнест Уильям - Раффлс - 2. Кто смеется последним => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Раффлс - 2. Кто смеется последним автора Хорнунг Эрнест Уильям дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Раффлс - 2. Кто смеется последним своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Хорнунг Эрнест Уильям - Раффлс - 2. Кто смеется последним.
Ключевые слова страницы: Раффлс - 2. Кто смеется последним; Хорнунг Эрнест Уильям, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн